Денис Климонтов

Утренних посетителей было мало. Несколько мужчин средник лет в деловых костюмах, двое из которых читали газеты. Ещё двое, вероятно супружеская пара, мирно беседовали за чашкой кофе. В углу, за колонной сидели две дамы преклонного возраста, и чего не спиться старушкам. Моей незнакомки не было. Что ж подождём, не зря же был намёк на этот ресторан, значит, я должен был бы догадаться.
Я сел за столик рядом с почтенными дамами. Отсюда был самый лучший обзор, как входной двери, так и всего зала. Вторым преимуществом было то, что меня было практически не видно. “Идеальное место для слежки” – подумал я, а в голове вдруг зазвучала старинная мелодия, что то вроде: “наша служба и опасна и трудна.”
— Что будет заказывать господин, — андроид подошёл практически незаметно, только тихо шуршал приводной механизм ног. В одной руке робот держал экран меню, на согнутое предплечье второй было перекинуто белоснежное полотенце, две другие были сжаты в кулак за спиной.
— Чашку кофе с коньяком и газету “New Earth”.
— Будет исполнено, — механизм исчез с таким же проворством как появился. Всё-таки роботы куда беспристрастней человека, им нет дела ни до того, во что посетитель одет, что заказывает и сколько у него денег. Получил заказ пошёл исполнять, исполнил – рассчитал клиента, а в случае чего служба охраны разберется сама. Меня всегда интересовали те люди, которые ходят в рестораны. В большинстве своём это конечно обеспеченные преуспевающие господа и дамы. Но иногда видишь парочку молодых людей, она счастлива и радостна, озирается по сторонам, для неё всё в диковинку, а он сидит и ещё, и ещё раз пересчитывает, во сколько ему обойдётся этот ужин. Совершенно непередаваемое зрелище, волнение и страх в одном флаконе.
Заказ был доставлен быстро, это ещё одно преимущество андроидов. Кофе был отменный; на первой полосе красовался портрет нового президента Земли. “Новая надежда”, был заголовок сверку от трёхмерного изображения.
— Давно ждёшь?
Я подскочил как ошпаренный.
— Как… ты… откуда?
— Всё таки существуют и в наши времена вежливые кавалеры, приветствующие даму стоя. Да ты садись, золотце, в ногах правды нет. И закажи уже чего ни будь, чтобы я не начала в тебе разочаровываться, — объект моих ночных поисков сидела напротив с таким невозмутимым видом, будто вела обычную светскую беседу. Одеяние ночной бабочки она переменила на откровенное, но, тем не менее, приличное вечернее платье. Её длинный волосы цвета сумерек сливались с высоким воротником, отчего казалось, что она сидит, слегка накинув на голову капюшон. Такие волосы можно легко принять за рыжие при свете утреннего солнца, за смоляно-чёрные в пасмурный день, за белокурые пряди при искусственном освещении. Пока я отходил от шока, появился официант-андроид, я заказал два фирменных.
— И сигарет с ментолом, без табака, — она улыбнулась и повернувшись ко мне произнесла, — люблю пускать дым, но здоровье дорого, тем более оно нам ещё пригодиться.
— Нам, я не ослышался?
— Нам, нам, золотце. И может уже познакомимся.
— А ты не знаешь, как меня зовут? Я думал всё задумано наперёд, и похищение удастся на славу, — шок понемногу отходил и стало возвращаться, какое никакое, чувство юмора.
— Конечно знаю, Иуда Демидов, француз с русской фамилией, двадцать пять лет, холост, гетеросексуалист, не судим, небольшие нарушения общественного порядка в несовершеннолетии, не употребляешь наркотики, исполняющий обязанности представителя президента Земли в округе №144…
— Хватит! Зачем? И откуда? Кто ты, в конце концов? – её улыбка одновременно и возбуждала, и отталкивала, пожалуй любого, у кого присутствует маломальский инстинкт самосохранения. Но кто она такая, для того чтобы интересоваться мною столь настойчиво?
— Ну вот, золотце, столько вопросов сразу, на какой же тебе ответить сначала?
Андроид принёс фирменное. В двух своих нижних руках он держал по тарелке прикрытой металлическим колпаками, которые он убрал верхними руками когда поставил блюда на стол. Фирменное представляло собой огромное запеченное яблоко, с кусочками мяса змеи выложенного по кругу. Яблоки таких размеров могли быть привезены только с Глории. Какими же средствами располагают хозяева “Яблока Евы” и какими должны быть здешние цены, чтобы ежедневно готовить сотни вот таких фирменных блюд? Я невольно почувствовал себя подростком, сомневающимся в своей кредитоспособности, но только на мгновение…
— О деньгах не беспокойся! – она хитро улыбнулась, чуть заметно подмигивая. Только сейчас я увидел, что она давно уже не малолетка, какой показалась мне сначала. Чёрный шелк сделал своё дело, превратив её в королеву, или, по крайней мере, в графиню. Что-то дёрнулось у меня в груди, когда опустила глаза, после непродолжительного взгляда на меня. Длинные ресницы прикрыли улыбающиеся глаза, но улыбка на её лице выдавала.
— Как же тебя зовут, милая? – я всё-таки вышел из ступора, а она ведьмочка, и не в магии дело.
— Жарко сегодня, не находишь? И к чему это все потянулись на Гею, на Глории же осень, — её внезапное безразличие настораживало, что, она сюда пришла вести светские беседы.
— Ты с двойняшки? Только вы называете Землю Геей!
— Ты сам ответил! А вы называете Глорию двойняшкой. В расчёте? Я думаю да, — не думаю, что её надутые губки можно было рассматривать как обиду.
Я промолчал, раз уж она добилась этого разговора, её и первый ход. А бессмысленным хождением вокруг да около, я мог бы заняться в любом из чатов, коих сейчас развелось в Outnet-e предостаточно. Один раз зайди туда и ты будешь приговорён к пожизненному его посещению. Новый наркотик интерактивного века. Internet пришёл к упадку, его заменила единая сеть двух планет и жилых спутников. И всё повторилось сначала.
Она закурила. Первая затяжка, казалось, была ей противна, как неопытному курильщику, который к тому же давно не брал сигареты. Но она стойко перенесла её, и тонкая струйка дыма поднялась от её черных губок к потолку. Рука с дымящийся сигаретой, чуть откинутая в бок, дорисовывала картину “Курящая незнакомка”, и картина была великолепна.
Свет в зале чуть померк, видимо ночь перевалила за свою середину, между столов и под потолком потянулся бутафорский дым, в котором заиграли голубые лучи лазера. Казалось весь зал превратился в ледяной замок, а напротив меня сидит снежная королева и ждет, когда я взмолюсь о пощаде. А она курила…
— Ну хватит. Ты будешь отвечать на мои вопросы или я уйду.
Она даже не шелохнулась, но, выпустив быструю струйку дыма, на распев произнесла:
— Это даже не в твоих интересах.
— Так заинтересуй меня! Что мы вот так сидим? О погоде уже поговорили, может о последней прочитанной книжки поговорим? – меня это начало уже немного бесить, уж лучше бы она действительно была проституткой, я бы, даже, не пожалел приличной суммы на неё!
Она сжала недокуренную сигарету в кулачке, потом с силой швырнула окурок в пепельницу. Быстро перегнулась через стол и поманила меня пальцем.
— Иуда, ты не представляешь как мне страшно. И не потому что я кого-то боюсь, не потому-что мне кто-то хочет навредить, и уж тем более не потому что я дура и истеричка. Мне больно, больно, так же как и тебе, я знаю правду так же как и ты, и боюсь того, что может случится, несмотря не на что…
Она упала в кресло, закрыв руками лицо. Заплакала.
Дурак! Почему? Не знаю, но дурак…
Может, потому что не могу смотреть на плачущую женщину, не думая о том, что мог бы предотвратить её слёзы.
Наверно, замечательно мы сейчас смотримся. Она безутешно рыдает, а он молча сидит напротив и попирает ладонями стол. Плачущая богиня и сфинкс.
Мне стало смешно.
Ну, это уже слишком, я подозвал андроида.
— Счёт.
Сумма меня несколько поразила, всё таки яблочки с Земли. Скорее всего я не стану постоянным клиентом “Яблока Евы”! Не люблю химию.